Только видит он - в чистом поле стоит столб. А на столбу написаны эти слова:

"Кто поедет от столба сего прямо, тот будет голоден и холоден.

Кто поедет от столба в правую сторону, тот будет здрав и жив, а конь его будет мертв.

Кто поедет от столба сего в левую сторону, тот сам будет убит, а конь его жив и здрав останется".

"Ничего себе условия игры! - подумал Иван-царевич. - Куда ни кинь, всюду клин. Впору от столба сего в обратную сторону ехать".

И так он решил:

- Поеду-ка я в правую сторону. Хоть коня потеряю, зато сам жив останусь. А сам жив останусь, даст бог, другого коня заведу.

Конечно, это говорило о его неправильном отношении к животным, но другого выхода у него (на его взгляд) не было.

И поехал он в правую сторону. Ехал, ехал, ехал, ехал... Два дня ехал. Кругом поля, леса разные. Деревеньки иногда маленькие с церквушечками... В общем, ничего интересного. Так, ежедневщина.

Зато на третий день сразу интересно стало. На третий день вышел ему навстречу большой-пребольшой серый волк. Такой большой, что больше и не бывает. Размером с тигра. Ивана нашего, царевича, даже пот прошиб.

Этот тигро-волк говорит таким грубым голосом:

- Ты что, младой юноша Иван-царевич, не читал, что на столбе написано?

Иван-царевич так испугался, что с коня упал. Он и не подозревал, что на свете говорящие волки живут такого размера.

Тигро-волк подошел к его коню, разорвал его надвое и пошел прочь.

(По другим сведениям, все не так было. По другим сведениям, Иван-царевич устал, слез с коня, спутал его, а сам спать лег. А как проснулся - смотрит, нет коня, а вокруг лежат кости одни обглоданные. За ночь кто-то коня съел... слопал.)

Заплакал тут (в обоих случаях) Иван-царевич:

- Как же мне жить теперь без верного друга? Конь, мой конь, конь вороной, зачем ты меня покинул? Конь, мой конь, конь вороной, на кого же ты меня оставил!