— Вы слышали слова центуриона. Продвигаемся тихо, идем россыпью. Вперед.

Солдаты, как один, ударили правыми кулаками по нагрудникам кожаных доспехов. Юлий поморщился, недовольный произведенным звуком.

— И больше никакого шума. Пока не окажемся в крепости, не сообщать, что поняли мои приказы. Не надо орать «так точно», когда будем подбираться к стене, ясно?

Кто-то хихикнул, но чувствовалось, что люди напряжены. Медленно и тихо отряд ушел в ночную тьму. К другим участкам стены отправились еще два отряда по десять человек. Сам Гадитик должен был руководить лобовой атакой на ворота, когда часовым перережут глотки.

Юлий подумал о том, что бесконечная муштра дала свои результаты. Люди беззвучно разделились на двойки и взвалили на плечи четыре длинные лестницы. Место было ровное, и солдаты почти бежали, пригибаясь к земле и стараясь не шуметь. Только бы незаметно добраться до стен, а там уж дело начнется… Неизвестно, сколько в крепости мятежников, поэтому в первой же стычке необходимо перебить их как можно больше.

Заметив, что по стене движутся факелы часовых, Юлий жестом приказал воинам затаиться. Вокруг было очень тихо, лишь сверчки стрекотали в траве. Прошло несколько мгновений: огни стали удаляться.

Юлий нашел взглядом офицера, который командовал другим отрядом, и, пригнувшись, сделал знак рукой — можно продолжать движение.

Он выпрямился, сердце забилось сильнее. Солдаты тоже встали и подняли на плечи лестницы. Теперь они карабкались по скалистому склону, который вел к южному участку стены. Юлию казалось, что топот ног разносится по округе подобно ударам грома.

Люди спешили. Впереди шел Пелита. Карабкаясь вверх по неровному грунту, он тащил передний конец лестницы. Темнота была такой плотной, что даже свет луны не доходил до поверхности земли. Гадитик правильно выбрал время для нападения…

Наконец лестницы подтащили вплотную к стене, подняли и установили их так, чтобы обеспечить максимальную высоту подъема.