– Здравствуй, братец! – негромко обронила Анфиса с кокетливой улыбкой.

Горяин не успел ответить на приветствие Анфисы, поскольку Архип уже представил ему следующую из боярских дочерей.

– Это Анна, – молвил тиун, – она на два года моложе Анфисы, которой ныне исполнилось двадцать лет. Аннушка у нас умница! Грамоту разумеет славянскую и латинскую, ко всякому рукоделью приучена, поет красиво. Одна беда – замуж не хочет выходить. И это при ее-то красоте!

Горяин всего на миг задержал свой взгляд на Анне, но и этого мига ему было достаточно, чтобы заметить ее большие темно-синие очи с длинными ресницами, красиво изогнутые брови, прелестные уста. Анна была заметно ниже ростом и гораздо стройнее Анфисы. На ней был голубой сарафан с длинными рукавами. Ее светло-русые волосы тоже были заплетены в две косы.

Анна не проронила ни слова, взирая на Горяина со спокойным достоинством. Было видно, что эта девушка не привыкла кокетничать и попусту тратить слова.

– Это Пелагея, любимица Самовлада Гордеевича! – по тону и по выражению лица Архипа можно было догадаться, что следующая из боярских дочерей также и его любимица. – Пелагее шестнадцать лет. Она у нас чистейшей души человек! Сердце у нее золотое!

После слов тиуна Пелагея не посмела взглянуть в глаза Горяину. Она стояла перед ним, смущенно опустив очи к полу.

Это была невысокая, еще ниже Анны, девушка с белокурыми косами, миловидным румяным лицом, на котором сразу бросались в глаза ее красиво очерченные уста. У Пелагеи были темные брови, нежные пухлые щеки и мягко закругленный подбородок. Одета она была в длинное платье светло-бежевого цвета, с восточными узорами из блестящих ниток у ворота и на длинных рукавах.

«Хорошенькая!» – машинально отметил про себя Горяин.

А тиун уже расхваливал ему девушку, стоящую после Пелагеи.