А Положай получил возможность проявить свою хитрость на деле, случай, пожалуй, единственный в жизни, поэтому не воспользоваться им было бы просто грешно. При всей своей лености, он мгновенно оценил все выгоды, которые дают Немому свободные странствования, и точно так же мгновенно представил этого странного, нечеловечески сильного увальня прикованным к мосту.

Поэтому Положай отважился на то, чего никогда не делал, - оставил мост на своего напарника и изо всех сил бросился ко двору Воеводы, всячески выказывая свою торопливость, что могло бы показаться весьма комичным для любого из мостищан, которые знали ленивую неповоротливость Положая. А если бы они еще увидели, как Положай время от времени оглядывается и с видом заговорщика подмигивает Немому своим удивленно-страждущим глазом, то и вовсе покатились бы со смеху над такой неестественной живостью и услужливостью своего слобожанина. Но Положай не заботился о том, встретится ли ему кто-нибудь из мостищан, поднимет ли его на смех или же разгадает его хитрость. У него теперь была одна лишь забота: заманить Немого в западню, в подневольную жизнь.

И то сказать! Родиться и прожить всю жизнь в слободке возле моста, простоять на мосту до самой смерти, не двигаясь с места, тогда как мимо тебя непрерывно идет и идет куда-то люд, торопится по делам, удирает от погони, гонится за зрелищами и мечтами, просто прогуливается, вбирая взглядами все чудеса белого света, - в человеческих ли это возможностях? И не взбунтуется ли в конце концов человек и не пойдет ли куда глаза глядят, лишь бы только сорваться с опостылевшего места и удовлетворить хотя бы частично извечную тягу к странствиям, заложенную в человеческой душе со дня рождения? Однако нет. Мостищане сохраняли верность своему месту; кажется, не бывало случая, чтобы кто-нибудь из них поддался соблазну и, как говорится, сорвался с места. Сказано уже, что здесь придерживались убеждения, согласно которому человек должен твердо стоять на своем месте, а следовательно - на одном месте, оставляя на долю других, неустроенных и, видимо, очень несчастливых, бездомность и мытарства по белу свету.