– Каким образом ты собираешься уговорить на это решение землевладельцев? Ты знаешь, сколько рабов-италийцев работает на их полях?

Марий пожал плечами:

– Мои люди уже готовят почву. Я знаю, что таких рабов очень много. Но на Сицилии, к примеру, на полях работают, в основном, греки. В Африку я послал вместо италийцев других рабов. Король Гауда – мой клиент, и у него не было выбора. Труднее всего придется на Сардинии: там все рабы – италийского происхождения. Но нового наместника – Тита Альбуция – можно будет, думаю, уговорить.

– У него репутация довольно заносчивого квестора, – заметил Рутилий Руф.

– Квесторы – как москиты: чувствуют себя хозяевами положения, пока их не прихлопнут.

– Это подходит и к Луцию Корнелию!

– Нет, он – другое дело.

– Не знаю, Гай Марий. Но, надеюсь, ты прав и все будет, как ты думаешь.

– Старый циник, – пошутил Марий.

– Старый скептик, с вашего позволения, – поправил Рутилий.

Марий получил известие, что германцы пока сидят на месте, но ситуация может измениться в любой момент. Марий не мог ждать, пока – в мае или в июне – они двинутся через Родан. Если вообще двинутся.

Его люди соскучились по сражениям. А германцы ссорятся между собою и неизвестно, решатся ли двинуться на римские провинции. Когда же, наконец, состоится сражение? Почему они не нападают? Почему медлят?

– Я их не понимаю! – воскликнул Марий, получив в присутствии Суллы и Аквиллия очередное донесение.

– Варвары, – заметил Аквиллий.

– Мы мало знаем о них, – отозвался Сулла.

– Я – достаточно! – оборвал его Марий.

– Да, но с другой стороны. Я имел в виду, что мы не знаем, что нас ждет по ту сторону Альп.

– Одно – знаем.

– Что? – спросил Аквиллий.

– Нужно пересечь Альпы. Германцы не двинутся до мая или июня. Мы же выступим уже в конце января. Двигаться придется очень медленно. Вы чувствуете, как холодна нынче зима?

– Еще бы.