О выдающихся исторических деятелях прошлого можно судить по тому, как оценил их сам народ в своем устном творчестве, в фольклоре.

Памятен русскому народу царь Петр, памятен его облик, не забылись дела его. Особенно хорошо запомнил Петра не знавший крепостного права русский Север. Трудолюбивому, суровому и стойкому помору, грамотею, крестьянину далеких северных «печищ», начетчику и сказителю внушал уважение образ «царя-плотника», не боявшегося никакой черной и тяжелой работы, умевшего делать все.

«Вот царь был так царь, – говорили о Петре крестьяне Олонецкого края, – даром хлеба не ел, пуще бурлака работал».

Даже многочисленным на Севере ревнителям старины, раскольникам, старообрядцам, уходившим в дремучие леса, чтобы сохранить свой восьмиконечный крест, свою сугубую аллилуйя, свои церковные книги «старого письма», даже им, фанатикам Повелецких, Олонецких, Выгских и прочих скитов, нравились в Петре его трудолюбие, настойчивость, стойкость. Хуля его за преследование сына Алексея, отстаивавшего «старину» и «верушку старинную», обитатели бескрайних северных лесов да берегов «Студеного моря» отдавали должное Петру. И на чаше весов русского помора, распевавшего свои «старины» длинными зимними вечерами под вой ветра-«полуночника», при лучине, бросавшей робкий свет на суровые лица, положительная оценка деятельности Петра перевешивала отрицательную.

Вот почему в преданиях и «старинах» поморов бог не карает «царя-антихриста», вот почему даже в устах дальних потомков тех, кто последовал за популярными «расколоучителями» протопопом Аввакумом и Никитой Пустосвятом, с течением времени меняется оценка Петра. В народных песнях, преданиях и сказаниях все реже и реже слышится старообрядческое, раскольничье осуждение Петра-«антихриста» и на первый план выступают ратные подвиги его.

Петр все может. Он – символ могущества. В преданиях Северного края Петр выступает даже повелителем стихий. Он вызывает бурю, и буря губит его врагов, топит «лодки свейские».