– Ишь ты, разбойник… – засмеялся Никита.

Улыбнулась мать, осторожно прижав к своей щеке ручку сына.

И светило им солнце. Пели птицы. И в далеком небе слышались колокола…

«…того же лета 7090 октября 19 день великое празднество и большой звон в Москве.

Великой государь сам, ради своей государской всемирной радости и для новорожденного сына своего, кормил у себя в Передней нищую братию и жаловал милостыню. Всю братию учреди и напоити, с нею же и сам изволил вкусити.

Всяких чинов людям приказным указал:

«Которые колодники во всех приказах не в больших винах сидят и в правежах не в больших и тех колодников для сей радости общей свободить».

Мноство людей московских в тот день обрели себе волю. Покинули темницы, и было им светло и радостно…»

Гудели колокола всех московских церквей. Торжествовала столица. С амвонов всех храмов, во всех монастырях читалось царское слово о ниспосланной благодати. У великого государя Ивана Васильевича и его седьмой жены Марии Федоровны родился сын. Было это 19 октября 1583 года, в день святого Уара. Митрополит напомнил царю об этом дне.

– В день святого мученика Уара рожден твой сын, государь. По церковным нашим законам и обычаям имя ему надлежит дать ото дня сего.

И вдруг замолк митрополит, недосказав.

Грозный сверкнул глазами, нахмурился. Словно темная туча закрыла лицо его.

– Пошто имя мученика младенцу невинному хочешь дать?

Спросил тихо. Потом, вздохнув могучей грудью, поднял гордую голову и торжественно объявил:

– Не на муки, а на славу Руси рожден царевич сей! Назовем его Дмитрием, как был назван наш первый, в бозе почивший наследник. В память великого князя Донского – Дмитрия!

Так в этот день появилось на свет три человека. Три новых судьбы. Были они разные, друг от друга далекие…

Дочь пани Ядвиги за толстыми стенами старого замка, обложенная пуховыми подушками и грелками, как могла, цеплялась за жизнь. Ждала своего часа.