— Ничем! Где твой дядя?

— Он еще в постели.

— Тогда отнесите ему вот это! — сказал Ноэ, вручая Миетте кольцо, данное принцем.

— Это к чему еще? — удивленно спросила Миетта.

— Я и сам не знаю, но так нужно!

— Странно! — пробормотала Миетта и, взяв кольцо, побежала наверх, однако сейчас же вернулась обратно и сказала: — Дядя просит вас извинить его; он лишен возможности спуститься сюда, чтобы лично служить вам, так как плохо спал и у него сильная мигрень!

— Миетточка, — сказал Ноэ, подходя к девушке, — твой дядя самый милый человек, какой только существует на свете, и я очень люблю его, в особенности же… сегодня утром!

— Почему именно сегодня?

— Да потому, что он… оставляет нас одних, и я могу без помехи снова сказать тебе, что я люблю тебя, моя обожаемая Миетточка! — Говоря это, Ноэ снова охватил талию девушки. Миетта пыталась высвободиться, но Ноэ крепко держал ее, все сильнее прижимая к себе. — Я люблю тебя, ненаглядная! — страстно повторил он.

— Амори! — задыхаясь, шепнула Миетта, под напором вспыхнувшей страсти сама прижимаясь к молодому человеку.

Но в этот момент высшего опьянения и блаженства чей-то голос, раздавшийся за спиной молодой парочки, заставил их вздрогнуть и отскочить друг от друга.

— Так, так! — сказал этот голос. — Не стесняйтесь, пожалуйста, господин Ноэ! — Это был Маликан, вид которого не давал и намека на слабость или головную боль. — Не стесняйтесь, будьте как дома! — повторил он, подходя ближе к молодому человеку и обдавая его негодующим взором. — Только сначала я должен рассказать вам одну историйку. Не бойтесь, она коротка! Моя сестра влюбилась однажды в дворянина. Отец, который был бедным пастухом, застал однажды его у ее ног и… Знаете ли, что он тогда сделал? Он взял ружье, нацелился и сказал дворянину: «Клянусь тебе спасением души, что я убью тебя, как собаку, если ты не жениться на девушке, которую обольстил!»