К нему подошел Красное Облако. Глядя на русского сразу похолодевшими настороженными глазами, вождь вороньего рода сказал, указывая на зимовье:

— Мы знаем человека, который лежит там. Мы с ним встречались.

— Там лежат человеческие кости, анкау. Как узнать по костям человека? — улыбнулся спокойно и насмешливо русский.

— Мы жгли у него на правой ладони бересту. Это нельзя сейчас видеть. Мы отрубили на его правой руке два пальца. Такой и такой, — поднял Красное Облако «верху большой, потом указательный пальцы правой руки. — Тогда человек не может стрелять из ружья и лука, не может бросить метко копье. Так мы делаем с ворами. Воровать можно только у касяков и эскимосов.

— Говори дальше, ттынех.

— Скажу. Их было двое. Два подлых касяка!

— Ты ошибаешься, Красное Облако. В зимовке лежит не касяк, а нувук.

— Человек из Нувуки? — тревожно вырвалось у вождя. — Ты говоришь нам плохие слова. Как ты узнал, что это нувук?

Русский вытащил из-за пояса найденный на скелете нож и на ладони поднес его индейцу.

— Видишь орла на желтом кружке? Это тотем нувуков.

— Нож! Смотрите, ттынехи, у него такой же нож, какой был у тех двух подлых воров! — крикнул Громовая Стрела. Его бронзовое лицо начало темнеть от ярости. — У тебя лживый язык! Ты не касяк, ты нувук! Ты пришел тропой тех двух и принес их мысли!

Громовая Стрела ударил копьем по руке русского. Тяжелый нож упал с ладони и ушел в снег по кончик рукоятки. Только золотой доллар ехидно поблескивал. Молодой вождь занес назад свое копье, замахнувшись для удара. Сейчас насаженная на его конце острая, как бритва, пальма вонзится в грудь и выйдет меж лопаток. Андрей бросил ружье, но не отвернулся и не опустил глаз. Что ж, он умрет, как русский, как офицер!