— Клянусь!

Она вместо слов тихо пожала ему руку.

— Если вы убьете этого человека, — проговорила она, — то можете распоряжаться мною и приказывать мне как своей рабе; я брошу все и последую за вами хоть на край света!

Она проговорила эти слова с таким красноречивым волнением, что Монжерон окончательно обезумел. Тогда она дала ему поцеловать свою руку.

— С Богом, мой рыцарь, — душа моя с вами.

Монжерон выскочил на мостовую в каком-то чаду и опьянении. Через десять минут после этого он был уже в клубе Спаржи и, встретив там барона Генриха С, нарочно поссорился с ним и вызвал его на дуэль.

Дуэль между ними произошла в Булонском лесу. В условиях ее было сказано, чтобы каждый из противников стрелял из своего пистолета. Сосчитали шаги, и противники стали по местам. Мармузэ был бледен и чувствовал что-то нехорошее. Один из офицеров дал сигнал. Барон Генрих сделал два шага вперед и выстрелил. Монжерон не шевельнулся. Пуля противника пролетела на один дюйм над его головой. Между тем виконт не прицеливался и ждал второго выстрела своего противника.

Барон снова выстрелил. На этот раз поднятая рука Монжерона вдруг опустилась и повисла. Вторая пуля барона Генриха раздробила ему правую руку.

Тогда Монжерон схватил пистолет в левую руку и сделал два выстрела. Первый — был промах, а вторая пуля попала в бедро барона.

Секунданты хотели было приостановить поединок, но Монжерон требовал его продолжения, говоря, что он может свободно драться на шпагах левой рукой, так как он левша.

Барон согласился, и дуэль возобновилась на шпагах.

Но вдруг раздался двойной крик.

Монжерон пронзил барона, но в то же время сам наскочил на его шпагу и был проколот ею.

Шпага Монжерона вошла в грудь противника почти по самую рукоятку, и они оба упали одновременно на землю.

Только тогда Мармузэ пришли на память слова барона Генриха С, сказанные им своему собеседнику в театре.