В знойном мареве пустыни, над выжженными беспощадным солнцем растрескавшимися такырами показалась размываемая движением горячего воздуха, исходящего от многовековой, спекшейся в камень глины, мерцающая точка. Издалека послышалась тягучая, как время в песках, песня:

            Удивленный варан поднял тяжелую голову, глядя пустыми, круглыми, как пуговицы глазами, вдаль, силясь понять – добыча ли идет к нему, или опасность смертельная… Но, узрев приближающегося  всадника, благоразумно скрылся за ближайшим барханом, тяжело волоча за собой могучий хвост… Оттуда он одним глазом наблюдал приближение человека, сидящего на коне и ведущего в поводу второго. Человек был изможден дальней дорогой, выжжен солнцем, иссечен горячими пустынными ветрами, но в седле сидел прямо, уперев левую руку в бедро, а в правой держал узду.