- Идите, ребята, в воинскую кассу, оформляйте проездные документы, - уфнув так, как будто отпахал вручную версты три пашни, комендант упал в кресло, которое протяжно застонало, принимая груз комендантского тела.

             С уважением поглядывая на Сербина, командиры вышли, поблагодарив коменданта, и Леонид присел к столу.

             - Ты чего ж так орешь, товарищ, на нашу смену молодую? – спросил Сербин.

             - Извините, товарищ комполка, - залепетал комендант. На его платок жалко было смотреть, настолько он промок.

             - Ладно! – хлопнул ладонью по столу Сербин. – Ты мне скажи, есть ли у тебя пролетка на день? Мне на хутор Сербино съездить надо. Родню проведать….

             - Так ведь…. – комендант замялся. – Нет там больше никого, на хуторе-то….

             - Как нет? – Сербин заволновался. – Там ведь жили люди….

             - Так раскулачили их. Кого убили при сопротивлении продотряду. Кого сослали в Казахстан. Я почему знаю – эшелон готовил для ссыльных, потому и списки у меня были. С хутора Сербино, насколько я помню, около двадцати человек было.

             - Господи, кого ж там раскулачивать было? Нищета ведь одна жила…. – с горечью промолвил Сербин.

             - Ну, нищета нищетой, а продотряду сопротивление оказали…. – комендант старательно отводил глаза.

             - Ладно! – жестко сказал Сербин. – Так есть у тебя пролетка или нет?

             - Есть, есть! – залебезил комендант. – Вот только я сам на ней езжу. Нет ездового по штату у меня. А я, сами понимаете, отлучиться не могу. Такая служба, такая служба, ни минутки свободной….

             - Сам управлюсь, не переживай. К вечеру верну тебе «экипаж», - Сербин ухмыльнулся в усы, видя, как не хочется коменданту отдавать пролетку в чужие руки.