– Ты знаешь, что Ильза пропала?

Бабушка кивнула.

– У тебя был папа?

Бабушка покачала головой.

– Он в последний раз был у меня на пасху, – сказала она. – Он больше не прихо­дит с тех пор, как я сказала его жене, что надо готовить детям что-нибудь повкуснее и получше, а не давать что попало из консерв­ных банок и пакетов.

– Кто же тебе сказал, что Ильзы нет? – спросила я и почувствовала угрызения со­вести, что не пришла к ней уже давно и сама ей все не рассказала.

– Новый муж вашей матери ко мне приходил, – сказала бабушка.

– Курт?

– Да, Курт, – ответила бабушка. – Слав­ный человек, между прочим. И он обещал сразу же прийти ко мне, как только Ильза найдется.

Бабушка что-то пробормотала, чего я не поняла, не совсем поняла. Что-то про горе, печали и беды.

Мы вошли вместе с бабушкой в парадное.

Я была рада, что я опять у бабушки. У ба­бушки все вдруг стало как-то проще. Я те­перь почему-то была почти уверена, что Ильза скоро вернется.

– Как она там живет, что делает? – бор­мотала бабушка. – Деньги-то у нее есть, денег довольно, но она ведь еще несмышле­ныш совсем, маленькая, глупая. Только бы ей там было хорошо, – сказала бабушка. – Ну, будем надеяться на лучшее.

Она повернула ключ, и мы вошли в квар­тиру.

Бабушка, единственная из всех, задума­лась над тем, как живет Ильза, каково ей приходится. И пожелала, чтобы ей было хорошо.

Дедушка сидел на кухне и чинил штеп­сель от настольной лампы. Он узнал меня. Бабушка обрадовалась, что он меня вспом­нил. Дедушка тоже уже знал, что Ильза ис­чезла. Но это как-то не очень его интересо­вало. Он все говорил про штепсель – что он внутри весь сгорел.

Бабушка пошла со мной в комнату.

Я рассказала бабушке все. Все, что знала.