— Сколько еще человек в доме? — резко спросил Ногаре.

— Только моя семья и слуги. Но они тут ни при чем.

— Обыщите комнаты наверху, — приказал Ногаре пятерым гвардейцам. — И ведите всех, кого найдете, сюда. Если будут сопротивляться — не церемоньтесь.

Пьер с тревогой посмотрел вслед гвардейцам, когда они зашагали наверх, затем повернулся к Ногаре.

— Там моя жена и дети. Умоляю вас, не трогайте их!

Ногаре с бесстрастным видом показал на коридор слева.

— Там кухня? — И, не дождавшись ответа, чуть повысил голос: — Да?

Пьер молча кивнул.

— Пошли. — Ногаре подал знак двум гвардейцам.

В центре обширной, с рядом высоких окон вдоль одной стены кухни на столе стояли две кастрюли с нарезанными овощами, рядом лежали нож и несколько бугристых морковин. Из котла на очаге вырывался пар, с крюка свешивалась связка фазанов, поблескивающих на свету бронзовыми и бирюзовыми перьями. В кухне было тепло и приятно пахло зеленью.

Взгляд Ногаре остановился на моркови. Одна была наполовину порезана.

— Где повара?

— Наверху. Когда появились ваши люди, я велел им идти, пока не выясню, в чем дело. — Пьер мрачно посмотрел на Ногаре. — Зачем вы ворвались? Сломали дверь, убили моих людей.

— С предателями именно так и поступают. А вломиться в дом меня вынудили именно ваши люди. Они отказались нас впустить, бросились на гвардейцев, прежде чем те смогли объяснить причину своего появления.

— Я не предатель! — воскликнул Пьер.

— Это мы выясним. — Ногаре направился к столу, взял нож и посмотрел на гвардейцев. — Держите его.

— Что вы делаете?! — Пьер пытался вырваться, но дюжие гвардейцы крепко схватили его.

Ногаре деловито осмотрел нож, тонкое лезвие, влажное от сока овощей.