– Все-таки, генерал, не следовало нам лезть в пекло, – обратился он к Гарибальди, продолжив начатый еще в Асколи спор, – в горах рыщут санфедисты [С а н т а Ф е д е – святая вера (итал.). С а н ф е д и с т ы – наиболее ярые сторонники папы, которые объединялись в вооруженные отряды и нападали на всех противников папского произвола]. Священники расписали вас самой черной краской: вы и бандит, и богохульник, и грабитель. Одним словом, убить вас – святое дело. А ведь наши крестьяне слепо верят любому слову приходского священника!

Гарибальди нахмурился.

– Уж это я знаю по собственному опыту. Но делать нечего, в Риети ждет мой итальянский легион. Чем скорее мы туда попадем, тем быстрее сможем прийти на помощь Риму.

– Два дня ничего не решают, – возразил ему Векки. – До Риети можно бы добраться через Фолиньо. Путь хоть и окольный, зато безопасный.

Гарибальди выпрямился в седле и отчеканил:

– Окольные пути не для меня. Предпочитаю прямые.

Векки стало ясно: настаивать бесполезно, – и он умолк. Чуткий к настроениям других, Гарибальди понял, что так и не убедил Векки, и решил подкрепить свои доводы:

– Нам дорог каждый час, ведь Риму грозят австрийцы! Того и гляди нападут.

– Вот то-то и оно! – подхватил Векки. – В момент, когда вы так нужны Риму, нелепо подвергать себя смертельной опасности.

Гарибальди был суеверен, хотя никому бы не признался в этом. Упоминание о смерти показалось ему плохим предзнаменованием.

– Уж и смертельной! – воскликнул он. – И потом, у меня есть надежный талисман от пуль, ядер и картечи. Смотрите, – он расстегнул широкий белый плащ и показал висевший на тоненькой цепочке обломок ракушки. – Подарок монтевидейских рыбаков. Испытан во многих сражениях, и до сих пор ни разу не подвел, – пошутил он. – Верно, Сакки? – крикнул он ехавшему сзади Гаэтано Сакки, сподвижнику Гарибальди по Южной Америке.