К тому же семья быстро росла, а земли было совсем мало. Отец, принадлежавший к некогда знатному афинскому роду, вынужден был не только копаться в земле и навозе, но еще и учительствовать, обучать чумазых и постоянно голодных соседских детей чтению и письму. Но и это не спасало семью от постоянной и острой нужды. А потому и мать, когда дети немного подросли, принялась за ремесло, ниже которого считалось только сводничество. Она ходила по домам окрестных богачей и совершала там очистительные жертвы, изгоняла злых духов, читала заклинания над роженицами, над немощными стариками и старухами и получала за это жалкие оболы. Часто она брала с собой младшего сына Эпикура, и он помогал ей, делая то, что она ему приказывала: шептал заклинания у ворот, у дверей, у воды, бросал зерна в жертвенный огонь, бил ладонями по пыльной земле, призывая подземных богов, воздевал руки к богам небесным и всегда, следуя за матерью, носил в корзинке всякие лекарственные снадобья и предметы для магических действ. Теперь он вспоминает об этом как о дурном сне, привидевшемся ему в долгих и безрадостных скитаниях по острову Самосу, а вспомнив, содрогается от мысли о том, как он не загубил свой неокрепший детский ум в те далекие годы, как образы дикие и нелепые, взращенные на темном суеверии, не погасили в нем свет разума и ясность чувств.

«Пусть легкой будет земля над тобой, Хайрестра́та, — подумал Эпикур о покойной матери. — Ты беспокоилась не о душах своих детей, а об их ненасытных желудках, бедная. Все простится тебе, все прощаю…»

Мало думал о душах своих детей и Нео́кл, отец Эпикура, хотя и Эпикур, и три его старших брата — Хайреде́м, Неокл и Аристобу́л — обучены были грамоте отцом. Он учил их вместе с чужими детьми и научил только тому, чему научил чужих детей, — чтению и письму. Да еще родословной богов: от Урана и Геи родился Крон, от Крона и Ре́и — Зевс; Зевс с Герою и земными женщинами народил богов и полубогов, которые следят за каждым шагом человека… Он любил читать ученикам «Теогонию» Гесиода