Мы почти тотчас забыли об этой встрече. Мы разбили палатку у подножья раскидистого кедра и, надев на себя альпинистское снаряжение, начали восхождение. Каждый шаг давался нам с невероятным трудом, каждый метр подъема требовал невероятных усилий. Доселе надежные тросы рвались, крючья вываливались из скальной породы, молотки ломались. К тому же поднялся шквалистый ветер, осыпая нас градом. Мы нашли укрытие в низкой пещере и разложили обед. Только мы приступили к еде, как в пещеру забежал заяц-альбинос. Не стоило труда узнать его, поскольку он был создан в нашей лаборатории. «Взгляни на него, — задумчиво произнес Павел, пережевывая сухарь. — Этот уникальный зайчишка не нуждается ни в воде, ни в пище, ни в уходе. Всего трех часов солнечного света требуется ему для подзарядки аккумуляторных батарей. Он прыгает, где захочет и не думает о том, кто он и зачем живет. Я завидую ему — ведь он по-своему счастлив».

Я воспринял сказанное им как проявление минутной слабости. Мы продолжили восхождение. Через сотню метров я оступился и упал лицом на камень, да так, что разбил свои альпинистские очки. Погода продолжала ухудшаться. К полудню мы преодолели всего половину пути, хотя рассчитывали уже достичь вершины.

— Давай спускаться, — предложил я. — Отложим эту затею до лучших времен. Сегодня не наш день.