Его прервал осторожный стук в дверь. И из коридора донесся голос Леона:

- Господина Антуана опять просят к телефону.

- Скажите, что я... Нет! - закричал он. - Иду! - И, обратившись к Рюмелю, спросил: - Вы позволите?

- Ну, разумеется, дорогой мой. К тому же ужасно поздно, я бегу... До свиданья...

Антуан быстро прошел в свой маленький кабинет и взял трубку:

- В чем дело?

На противоположном конце провода Анна вздрогнула, пораженная сухостью его тона.

- Да, правда, - кротко произнесла она, - сегодня воскресенье!.. У вас, может быть, собрались друзья...

- В чем дело? - повторил он.

- Я только хотела... Но если я тебе помешала...

Антуан не ответил.

- Я...

Она угадывала его раздражение и не знала теперь, что сказать, какую ложь придумать. И совсем робко, не найдя ничего лучшего, прошептала:

- А как... вечером?

- Невозможно, - отрезал он. Но тотчас же продолжал более мягким тоном: - Сегодня вечером, дорогая, невозможно...

Ему вдруг стало жаль ее. Анна почувствовала это и ощутила какую-то мучительную сладость.

- Будь же умницей, - сказал он. (Она услышала его вздох.) - Прежде всего сегодня я занят... Да если бы и был свободен, идти куда-нибудь развлекаться в такой момент...

- Какой момент?

- Послушайте, Анна, вы что, газет не читаете? Вы же знаете, что происходит?

Ее так и передернуло. Газеты? Политика? Из-за такой чепухи он отдалял ее от себя? "Наверное, лжет", - подумала она.

- А ночью... в нашей комнатке?.. Нет?

- Нет... Я, наверно, приду поздно, усталый... Уверяю тебя, дорогая... Не настаивай... - И нехотя добавил: - Может быть, завтра. Позвоню завтра, если смогу... До свиданья, дорогая.