— Под кроватью, — сказала она недоуменно.

— Их там нет.

— Невозможно. Ключ при мне.

Она положила руку на грудь, явно стараясь нашарить цепочку. Цепочки там не было.

— Где мой ключ? — крикнула графиня.

Вице-король и камергер мрачно переглянулись.

— Очевидно, исчез вместе с вашим ларцом. И с вашим пажом.

— Висентино? Не может быть. Он здесь. Я его только что видела.

И графиня стала визгливо звать пажа. Наконец в глазах доньи Консепсьон промелькнула растерянность.

— Куда вы дели Висентино, ваша светлость? — спросила она грозно.

Вице-король посмотрел на нее долгим взглядом.

— Графиня, корабль, который доставит вас в Испанию, отплывает в конце недели. Вы отправитесь в путь завтра.

— А где брат Игнасио?

— На небе, сударыня. Или в аду. До свидания, сударыня.

Когда вице-король и камергер покидали комнату, графиня Миранда истошно вопила, призывая Висентино и брата Игнасио.

В конце недели, 21 июня, с умом столь же прискорбно пострадавшим, как и ее богатство, графиня Миранда под надзором доньи Исабель села в Веракрусе на борт пятидесятидвухпушечного корабля «Espiritu de Gracias»,

Тем временем прелестная девушка, покинувшая дворец на заре этой драмы, высадилась во флоридском порту Майами после трехдневного плавания на скрипучей, но еще стойко державшейся на волнах посудине с не слишком удачно подобранным именем «Estrella del Sur».

В первый день июля нарочный гонец сообщил графу Миранде о постигшем его несчастье.

Удар был жесток: пропавший ларец заключал в себе пятнадцать изумрудов, самый крупный из которых, еще необработанный, был величиной с кулак, множество драгоценных камней из Тапробаны, включая восхитительный рубин, невиданный лунный камень и целое состояние в тихоокеанских жемчужинах, в том числе крупных черных, а также четыреста тринадцать португальских райсов и тысячу двести пятьдесят испанских эскудо…