– Странно, они совсем не пахнут!

– Не может быть: эти гвоздики настоящие, а не искусственные!

Лангет ткнулся носом в ярко-красные головки цветов и с силой втянул в себя воздух. И через секунду все его тело содрогнулось от мощного чиха, а голова, откинувшись на мгновение назад, тут же вернулась в первоначальное положение, закопавшись в несчастные цветочки.

– Что ты наделал!.. – прошептал с ужасом Мумрик, подбирая с пола оторванные головки гвоздик и протягивая их Лангету. – Теперь это не букет, а веник!..

– Подарим веник, в хозяйстве пригодится. – Великий чихальщик смущенно потупился и, немного подумав, пробормотал: – Привяжем их нитками к стебелькам. У старушки баронессы наверняка слабое зрение – она ничего не увидит.

Лангет вынул из кармана катушку черных ниток – у нашей четверки теперь всегда при себе имелось что-нибудь из подобного добра, – и принялся привязывать головки гвоздик. Занимаясь по ночам шитьем костюмов скелетов, он сделал эту работу довольно быстро и ловко.

– Сойдет и так, – сказал Лангет, любуясь на свое творение, – баронесса и не заметит маленькой починки!

И он оказался прав: Элиза Мария фон Кекуок, получив из рук Мумрика изящный букетик, ниток не разглядела. Она только слегка прищурилась и, сдвигая на кончик носа очки, изумленно воскликнула:

– Какие прекрасные цветы! Большое спасибо! Я занимаюсь садоводством много лет, но таких гвоздик с черными ободками еще не видела! Наверное, это очень редкий экземпляр?

– Очень редкий! – подтвердил Лангет, облегченно вздыхая. – Во всем Пуппефельде вы не найдете больше ни одного такого цветка!

– Спасибо-спасибо! – еще раз проворковала близорукая старушка и, пригласив гостей в зал, передала своей горничной подаренный нами букетик: – Поставь гвоздики в вазу, Августа. Только будь аккуратна: не сломай их нечаянно!