– Макака, – тоном знатока объяснял пожилой гнэльф толпе зевак и тыкал в мою сторону скрюченым пальцем, – макаки все такие! Лопают одни бананы, с того и не растут толком. Вон, какая маленькая, словно мышь!

Самым мучительным для меня было то, что в ответ на все оскорбления и насмешки я не имел права проронить ни единого слова. Я только мог сердито показывать зубки, да еще ловко увертываться от желающих дернуть меня за хвост. Согласитесь, это слабое утешение!

Торговля предсказаниями тоже шла без особого успеха. Дядюшка поленился написать побольше вариантов, и потому уже первой тройке смельчаков, отважившихся узнать свое будущее, достались одинаковые предсказания: «ВАС ЖДЕТ ДАЛЬНЯЯ ДОРОГА. БОЙТЕСЬ ВСТРЕТИТЬ БЛОНДИНА С ЧЕРНЫМИ УСАМИ!»

– Хоть бы кому-нибудь из нас выпал брюнет с белыми усами… – проворчал один из гнэльфов, попавшихся на удочку Кракофакса. – Похоже, братцы, эта обезьянка – жулик!

Он хотел потрепать меня по загривку, но я отпрыгнул в сторону, насколько мне позволил это сделать поводок, и клацнул зубами.

– А может быть, это не макака, – неуверенно проговорил знаток обезьян. – Макаки не кусаются. Наверное, это карликовый гамадрил.

«Ну вот, – подумал я с грустью, – уже гамадрилом стали обзывать…»

К счастью, толпа вскоре стала понемногу рассеиваться, и мне чуть-чуть полегчало. Я даже позволил себе расслабиться и прилег на травку возле ног Кракофакса. Если я – обезьяна, значит, имею право лежать, где хочу и когда хочу!

Вдруг из-за спины придремнувшего на солнцепеке дядюшки мелькнула чья-то маленькая тень и, задержавшись на секунду у коробки с предсказаньями, попыталась скрыться.

Но Кракофакс не был разиней и воришку мгновенно сцапал. Им оказался мальчишка-пуппетролль, приблизительно моего возраста, может быть, чуть помладше.

– Ты кто такой?! – накинулся на него дядюшка. – Тебя как зовут?!

– Ну, Кракофакс… Ну и что?

– Кракофакс? – Дядюшка побледнел, пошатнулся, однако добычу из рук не выпустил. – Ты где живешь? Кто твои родители?