Но тут отец Хобб выхватил у Томаса его длинный лук и вскричал:

— Мы должны помочь!

Впрочем, священник едва ли нуждался в помощи. Ловко орудуя посохом, он не только отражал удары меча своего противника, но и сам угодил ему по ребрам. Потом черноволосый малый, разделавшись с одним недругом и забрав его меч, подскочил и вонзил клинок в спину всадника. Тот конвульсивно дернулся и выронил оружие. Долю мгновения он взирал на священника с высоты седла, а потом повалился навзничь. Ноги его запутались в стременах, и испуганный конь протащил тело на некоторое расстояние, затем избавился от него, после чего помчался вверх по склону. Убийца вытер клинок и забрал у одного из убитых ножны.

Священник побежал за второй лошадью, но, почувствовав, что за ним наблюдают, повернулся и увидел в тумане двух мужчин и одну женщину. Один из незнакомцев был священником, но в руках он держал лук с наложенной на тетиву стрелой.

— Они хотели убить меня! — воскликнул Бернар де Тайллебур по-французски.

Его черноволосый спутник мгновенно развернулся и угрожающе поднял меч.

— Все в порядке, — сказал Томас, забирая черный лук у отца Хобба и вешая его себе на плечо.

Бог высказался, священник взял в этом поединке верх, и юноше вспомнилось его ночное видение, когда Грааль маячил в облаках, как огненная чаша. Потом он увидел, что покрытое ссадинами и кровью лицо незнакомого клирика измождено и сурово, как лицо мученика, взалкавшего Бога и достигшего святости. Едва справившись с непроизвольным желанием преклонить перед доминиканцем колени, Томас спросил:

— Кто ты?

— Я посланец, — вымолвил Бернар де Тайллебур первое, что пришло на ум, желая скрыть растерянность.