«Нет, — Санджар все еще крепок, если может так точно определить в человеке храброго воина. Такого бы и он, Кумач, взял в свою личную охрану».

Эмир потянулся, взял с подноса фазана, набитого орехами, и бросил Ягмуру, проявив тем самым к султанскому гонцу высшее предрасположение.

Ягмур изловчился и поймал жирного, поджаренного фазана на меч. Кумач вздохнул: чувство ревности захлестнуло грудь. Как бы хотелось опытному полководцу видеть такими же ловкими и сильными своих сыновей.

«Да, — подумал Кумач, такой джигит долго не будет свидетелем в делах лжеца… Красив, как барс!»

Гонец приехал звать могучего полководца Кумача на совет в Мерв и сообщил, что сборщиком налогов назначен любимец атабека Каймаз. Кумач знал настроение во дворце. Находясь в тени раскидистых деревьев Балха, он внимательно следил за событиями и в столице сельджукидов, и его больше всего беспокоил один вопрос: как отнеслись приближенные трона к двум о грядам, посланным на усмирение огузов? Усмирять было некого: Кумач всю эту историю начал для того, чтобы убрать верного султану Санджару сборщика налогов — Омара, заменив его преданным Кай-мазом, и проверить — насколько Мерв еще верит его гонцам. Гороскоп показывал хорошие предзнаменования, и на сердце эмира было спокойно. Особенно он уверился в этом после того, как горбун, один из придворных султана султанов прислал фирман, в котором доносил о заговоре в Самарканде. Теперь хорошо решится вопрос с двумя отрядами, высланными Мервом для подавления возмутителей покоя.

А ведь именно он, Кумач, воспользовавшись отсутствием одного из предводителей воинственных степняков — Чепни, через своих людей вызвал людское недовольство, и он же своими силами подавил волнение. Теперь, владея тайными замыслами Самарканда, Кумач мог трижды заверить султана и приближенных трона в своей преданности: первым долгом он сам расправился с возмутителями спокойствия, во-вторых, — он доносит о смуте в Самарканде, упрекая визирей в плохой осведомленности. Кроме того, он сохранил два отряда для подавления черни Самарканда А дальше? Кумач, раздумывая, протянул руку к винограду Из окна падал свет. Слуги расставляли блюда с яствами, поправляли шелковые подушки.