— Да, я слышал, что с той стороны Геллеспонта

— У западных границ нашего царства командует войском знатный грек Мемнон, преданный Дариявушу. В войнах с надменными эллинами и македонянами он уже не раз прославлял оружие персов. Мемнон искусный полководец и верно служит Персии… Но если сам царь царей собирает войско, наверное, дело куда серьезнее, чем простая угроза копьем… — задумчиво проговорил Дариёд — блаженный и после паузы добавил: — Уж лучше бы он доверил оборону западных границ Мемнону…

— Почему вы так говорите, отец? — спросил степняк, несколько удивленный словами седого старца. — Я слышал, что Дариявуш истинный рыцарь и отличается храбростью. Еще в то время, когда он был сатрапом Армении, он вызвал перед началом битвы на поединок полководца враждебного войска и выиграл его. Таким образом уберег от гибели многих воинов и одержал победу…

— Чтобы побеждать, мало быть храбрецом, — заметил Дариёд — блаженный, прижимая к груди бороду, чтобы ее не слишком трепал встречный ветер, взметнувший в воздух пыль и всяческий сор.

— Разве это не главное? Что же еще нужно?

— Чтобы покровительствовали боги.

— Они помогли ему одержать верх в трудном поединке.

После того он успел совершить немало грехов, чтобы прогневать богов, — Дариёд лишь взглянул на спутника, но не договорил. Он только подумал: «Боги не прощают виновных, коварным способом лишающих жизни человека, если даже он был злодей…»

Дариявуш взял в руки власть, умертвив предыдущего царя Багоя.

Багой, конечно, был наказан за собственные злодейства. Но Дариявуш был рыцарем и должен был поступить по-рыцарски — убить его в честном бою. А он своим поступком сравнял себя с коварным и ничтожным Багоем.

Багой когда-то был придворным евнухом. Артаксеркс III

Дариявуш превзошел великого интригана в хитрости, и отравитель сам умер отравленным в мучениях…

В великой Персии об этом знали многие, но предпочитали вслух не говорить.