— Если я нахожу мёд диких пчёл, — спросил Ленгар, ободрённый их поддержкой, — должен ли я терпеть укусы, а потом отдать этот мёд своему отцу?

— Да, — Хенгалл снова зевнул. — Положи всё сюда, мальчик.

— Воин пришёл на нашу землю, — закричал Ленгар, — странник из Чужаков, и он принёс золото. Я убил чужеземца и забрал его золото. Разве оно не моё?

Некоторые в толпе закричали, что оно действительно его, но громко, как кричали ранее. Величие и равнодушное выражение лица Хенгалла внушали тревогу.

Вождь достал из мешка, висевшего у него на поясе, маленький золотой ромбик, который Сабан принёс из Старого Храма. Он бросил его в центр накидки.

— А теперь положи всё остальное сюда! — приказал он Ленгару.

— Это моё золото! — настаивал Ленгар, и на этот раз только Ралла, его мать, и Джегар, ближайший друг, закричали в его поддержку. Джегар был маленьким и жилистым, такого же возраста, как и Ленгар, и уже был одним из лучших воинов племени. Он отважно сражался в битвах, так же как и Ленгар, и жаждал борьбы сейчас, но ни один из соратников Ленгара по охоте не хотел противостояния с Хенгаллом. Они надеялись, что Ленгар выиграет, и показалось, что он сделает это насилием, так как он внезапно поднял своё копьё. Но вместо удара остриём копья, он держал его высоко, привлекая внимание к своим словам.

— Я нашёл золото! Я убил из-за золота! Золото досталось мне! И теперь оно должно быть запрятано в хижине моего отца? Чтобы там пылиться?

Эти слова вызвали одобрительный шёпот, потому что многие в Рэтэррине были недовольны тем, как Хенгалл копит сокровища. В Друинне или в Каталло вожди выставляли богатства напоказ, они вооружали воинов бронзовым оружием, украшали женщин сверкающим металлом, строили большие святилища, а Хенгал хранил богатства Рэтэррина в своей хижине.

— Что ты будешь делать с золотом? — вмешался Галет. Он встал, его распущенные волосы висели чёрные и лохматые вокруг его лица, и он выглядел словно воин в гуще сражения. Лезвие его копья было выдвинуто.