Вот она и прочитала мне вашу книгу — чудесная, ничего не скажешь, просто чудесная. Может, вы на самом деле — Кот? Иначе откуда бы вам знать, как у них мысли устроены? Послушайте, Дулитл, вы же можете отлично заработать, честное слово! Знаете, я буду отсылать к вам всех старушек с больными собаками и кошками. А если они не очень будут болеть — что ж, придется кой-чего подсыпать в мясо, которое я продаю, это уж точно поможет.

— Ох, нет! — быстро отозвался Доктор. — Это невозможно. Это неправильно.

— Господи, да я не имел в виду, что они взаправду заболеют, — сказал Продавец Кошачьей Еды. — Просто будут немножко понурые, вот и все. Хотя, может, вы и правы, может, это не совсем честно по отношению к ним. Не беда, Дулитл, они все равно заболеют, потому что хозяйки разрешают им объедаться. Да к тому же все окрестные фермеры, у кого лошадь охромела или ягненок слабенький, — все придут. Мой вам совет — становитесь-ка звериным доктором.

Когда Продавец Кошачьей Еды ушел, Полинезия слетела с подоконника и, усевшись на столе перед Доктором, заявила:

— Этот человек дело говорит. Именно так тебе и следует поступить — стать звериным доктором. У глупых людей не хватает мозгов понять, что ты — лучший в мире доктор, ну и брось их, займись зверями, они быстро сообразят, что к чему. Звериным доктором — вот кем тебе надо быть!

— Таких звериных докторов хоть пруд пруди, — пробормотал Джон Дулитл, выставляя цветочные горшки на улицу, под дождь.

— Таких — да не таких, — рассердилась Полинезия. — Они все никуда не годятся. Слушай внимательно, Доктор, я тебе кое-что расскажу. Ты знаешь, что животные умеют разговаривать?

— Что касается попугаев — да, — ответил Доктор.

— О, мы, попугаи, говорим на двух языках — на человечьем и на птичьем, — гордо сообщила Полинезия. — Если я скажу: «Полли хочет печенья», ты поймешь меня. А как насчет этого: «Кр-р-ра-ка-уй-а-чак-чак»?