— И то правда, — согласился, в свою очередь, Коляр.

— Ну, идем же. Сколько их?

— Десять человек. Довольно ли?

— Покамест — да. Потом увидим.

Коляр и его капитан вышли на набережную и вошли в лабиринт кривых переулков.

— Тут, капитан, — проговорил наконец Коляр, останавливаясь в Змеиной улице, перед старым большим домом с закрытыми ставнями.

Коляр поспешил — вложить ключ в замок двери и, отворив ее, прошел в узкий и темный коридор.

— Вот и наша агентура, — проговорил он и осторожно запер за собою дверь.

Вслед за этим он высек огонь и засветил маленький фонарь.

В конце коридора находилась лестница, у которой вместо перил висела грязная, засаленная веревка.

Коляр и капитан поднялись на второй этаж.

— Отсюда, ваше сиятельство, вы будете иметь полную возможность оценить моих молодчиков.

И, оставив капитана одного впотьмах, Коляр прошел с фонарем в ближайшую комнату, которая прилегала к площадке, и почти вслед за этим капитан увидел перед собой свет, мелькнувший из отверстия в стене.

В это—то отверстие, действительно, было очень удобно видеть все, что делается и говорится в этой комнате.

Капитан начал с того, что осмотрел ее меблировку, напоминавшую собой гостиную мещанина средней руки.

— Вот, — сказал Коляр, возвратясь через несколько минут к своему начальнику. — Это квартира моего помощника, он известен за удалившегося от дел торговца, который живет с своею женою, как голубь с голубкой.

— А! Следовательно, он женат.

— Да, почти…

— Жена его?..

— Госпожа Коклэ — милейшая особа, — проговорил важно Коляр, — она может быть, смотря по надобности и делу, графиней, княгиней, благотворительницей и вообще всем, чем только понадобится. Здесь, в этой улице, она считается образцом набожности.

— Недурно… Где же сам господин Коклэ?