Бейбарс рубил двумя саблями направо и налево, снося головы врагов одним ударом. Рядом орудовал саблей Исмаил. Весь перепачканный кровью, он протыкал одного монгола и тут же схватывался с другим. Все большее число противников охватывала паника.
Предводитель монголов Китбога сражался храбро и свирепо. Размахивал мечом, отсекая головы и конечности воинам-мамлюкам. Бейбарс угрюмо усмехнулся. Он знал, что минуты славного монгольского батыра сочтены. Султан Кутуз назначил за его пленение или гибель большую награду, и Китбога с горсткой своих воинов был уже окружен со всех сторон.
На Бейбарса ринулся громадный, озверевший от крови монгольский всадник. Брызгая слюной, он замахнулся булавой. Эмир в последний момент успел увернуться и проткнул монголу горло. Затем окинул взглядом свое войско и возвысил голос, перекричав грохот:
— Аллах акбар!
Этот ободряющий возглас вскоре подхватили остальные. Он пронесся по ущелью, отражаясь от склонов холмов и отдаваясь колокольным звоном в ушах мамлюков.
Сражение уже давно распалось на сотни отдельных схваток. Рядом с мужчинами у монголов бились женщины и даже дети. Причем женщины, с длинными спутанными волосами и чумазыми лицами, сражались еще ожесточеннее, чем их мужья и отцы. Но для побывавших в рабстве мамлюков монголы были диким и опасным зверьем без возраста и пола, всех их следовало порубить на куски, чтобы они на веки веков исчезли с лица земли.