Перед приближением к Марселю многие дамы пересели из носилок и экипажей на коней поближе к своим воздыхателям и хохотали до слез, потому что их галантные кавалеры, особенно веселые в этот солнечный день, беспрестанно отпускали остроты, стараясь рассмешить окружающих их чаровниц.

– Купидон слеп и мечет свои стрелы наугад, – рассуждал один из щеголей.

– Что вы имеете в виду, месье? – с очаровательной улыбкой спросила его дама.

– А то, что многие красавицы, имеющие красивейших и доблестнейших мужей, ни с того ни с сего влюбляются в самых мерзких уродов и негодяев, каких только видел свет.

– Кого вы имеете в виду, не себя ли? – рассмеялась жеманница.

Общий взрыв хохота заглушил ответ кавалера.

Дофин Франциск во время этого всеобщего веселья уже трижды нашел случай поцеловать шлейф своей возлюбленной и сделал это с ловкостью, свойственной юным любовникам.

Король заметил проделку любимого сына и улыбнулся: «В моем королевстве любовью заниматься легко и приятно». Короля радовало и наполняло гордостью, что пятнадцатилетний дофин уже больше года имел любовницу. Возлюбленной дофина стала юная мадемуазель л’Этранж, фрейлина королевы. Она была очень красива!.. Дофин познакомился с ней на одном сельском празднике, а спустя два часа после знакомства уже был ее любовником. Все эти подробности умиляли короля, который обычно с грустью смотрел на всех девственников, которым было больше четырнадцати лет.

В то время как вся его свита, веселая и нарядная, беззаботным вихрем неслась по дороге к Марселю, короля обуревали тревожные мысли. «Его Святейшество со своей свитой уже находится в море и через три дня прибудет в Марсель. Вдруг что-то не заладится?.. От этой свадьбы зависит очень многое. Главное, при поддержке папы отвоевать у испанцев территории в Северной Италии, ослабить зарвавшегося германского императора и короля Испании Карла V, изгнать его из герцогства Миланского и Неаполитанского королевства. Роскошь моего приема должна превзойти все, что видел папа.