Полман осушил стакан рому и налил себе еще. Выпить он мог много и почти не пьянел. Додд, не столь стойкий в противоборстве с алкоголем, ограничился несколькими глотками разбавленного вина.

– Я обещал вознаградить вас, майор, если вы справитесь с заданием, – добродушно напомнил полковник.

– Для солдата лучшая награда – чувство исполненного долга.

В окружении разодетых, щеголеватых адъютантов майор чувствовал себя белой вороной, а потому решил сыграть роль грубоватого солдата, роль, которая, как ему представлялось, не могла не найти отклик в душе бывшего сержанта. Поговаривали, что Полман до сих пор хранил свою форму сержанта Ост-Индской компании как напоминание о том, какой путь прошел с тех пор.

– Люди поступают на службу к Скиндии не только для того, чтобы получать удовольствие от исполнения обязанностей, – сказал полковник, – но и ради наград, которые эта служба предлагает. Разве мы все служим не для того, чтобы разбогатеть? – Он снял с ремня саблю. Ножны были обтянуты мягкой красной кожей и украшены крохотными изумрудами. – Держите.

Додд покачал головой.

– Сэр, я не могу взять вашу саблю!

– У меня их много, майор. Есть и получше. Берите, не отказывайтесь. Я настаиваю.

Майор осторожно принял подарок и вытащил клинок из ножен. Это было прекрасное оружие; сабля, которую он носил предыдущие двадцать лет, не шла с ним ни в какое сравнение. Индийцы часто ковали свои клинки из мягкой стали, и они нередко ломались в бою, но этот был сделан в Британии или во Франции, а в Индии лишь изготовили прекрасную золотую рукоять. Головка эфеса изображала слоновью голову, гарда – выгнутый хобот зверя. Черная кожа эфеса была оплетена золотой проволокой.

– Спасибо, сэр, – от души поблагодарил майор.

– Это лишь первая из ожидающих вас наград, – беззаботно ответил Полман. – После того как мы разгромим британцев, на вас прольется золотой дождь.