— Скажите, Николай Евгеньевич, почему уходят от нас, из нашего круга такие люди, как князья Кропоткины, оба брата, как граф Лев Николаевич Толстой, Яснополянский философ, как опустившийся, но почему-то мне милый князь Болотцев?.. Значит, им душно, как и мне. Почему ушла, и с таким скандалом, Соня Перовская?

— Вы знали Софью Львовну?..

— Я была девочкой… Двенадцати-тринадцати лет, когда Соня уже «выезжала»… Я видела ее на тех вечерах, куда и детей приглашали. Она очень недолго «выезжала». Потом исчезла с нашего горизонта. Я слышала, что она ушла из дома. Будто отец отказался от нее, и только мать тайно с ней видится. Но подробно я ничего про нее не знаю.

— Она пошла служить народу.

— Что это значит?.. Как служить? Я не понимаю. Объясните.

— Она помогает страждущим, обиженным, невинно наказанным. Она учит народ грамоте.

— Как же она это делает?

— Она собирает но знакомым посылки для тюремных узников и носит их в места заключения. Она — Перовская, ее имя все знают… По отцу, по дяде… Она проникала в самые глухие казематы Петропавловской крепости и передавала одиночно заключенным табак и книги. Потом она поехала в деревню. Она жила в избе, как простая крестьянка, учила детишек грамоте, работала, как фельдшерица. Она прививала оспу детям…

Вера вздохнула.

— Как это хорошо, — тихо сказала она. — Продолжайте. Это так интересно.

— Вы знаете — Перовская способна на героические подвиги. Вот теперь, совсем недавно, она узнала, что жандармы повезут кого-то в ссылку. Она решила освободить несчастного и дать ему возможность бежать за границу. Она собрала деньги, подготовила трех сочувствующих ей молодых людей помочь ей. Один из ее товарищей переоделся в офицерскую форму.