Но Йу ничего не слышал и не видел, кроме лодки.

Тогда Саймка кинулась на колени, распустила свои чёрные косы и опутала ему ноги, чтобы ему трудней было вырваться.

— Коли я останусь играть с тобой и с олешками, то много парней пропадёт ни за грош, ободрав себе ногти о край перевёрнутой лодки, — ответил Йу девушке. — Давай-ка лучше обнимемся на прощание, а коли не хочешь, я и так уйду.

Тогда она бросилась к нему, прижалась как котёночек, заглядывала ему в глаза сквозь заплаканные ресницы и смеялась и рыдала точно безумная.

Видя, что все её уловки не помогают, она оттолкнула его и, повернувшись лицом к землянке, замахала высоко вскинутыми руками.

Тут Йу понял, что она хочет позвать на помощь старого колдуна, и бегом кинулся от неё к лодке, чтобы тот не помешал своим колдовством.

Лодка так удобно пристала к прибрежному камню, что Йу прямо перешагнул с него на скамью. Кормило само скользнуло ему в руку, а впереди за мачтой незнакомый моряк был уже наготове и сразу поднял парус, Йу видел его, но лица так и не разглядел.

И вот лодка отчалила и поплыла.

Никогда в жизни Йу ещё не видывал такой быстроходной лодки. Вокруг носа пенились буруны, хотя море было совсем тихое.

Но едва они немного отошли от берега, как поднялся грозный свист ветра.

Птицы с криками полетели к берегу, за кормой почернело, и стеной вздыбились крутые волны.

Это старый лопарь развязал свой мешок и выпустил вдогонку беглецам злые ветры.

— Лопарское горло иначе как под полными парусами не пройти, — послышался голос из-за мачты.

Хозяину лодки буря, казалось, была нипочём, он даже не подумал брать рифы на парусе.

Колдун на берегу, видно, стал донимать беглецов двойными кручёными узлами. Лодка неслась по фьорду, отплясывая бешеный танец, а из моря вздымались дымящиеся вихри и вытягивались до самых небес. И несдобровать бы пловцам, но лодка мчалась как на крыльях, быстрее птицы.