Он снова спустился с дерева.

Лавочник устало присел на поваленное дерево и подпер голову руками.

— Ах, чему ты хочешь у меня научиться? Я уже старик.

— Зато вы знаете жизнь. У вас богатый опыт. Брайен уселся рядом с ним.

— А теперь, пожалуйста, расскажите мне все!

— О чем же это, интересно?

— О женщинах!

— О женщинах? Ах, Брайен, Брайен! — Лавочник засмеялся. — Женщины! Чтобы их понять, не хватит и целой жизни!

Солнце уже клонилось к горизонту. Целый день Мэтью и Салли провели в тщетных поисках Брайена. Они ускакали очень далеко и теперь возвращались, и вдруг приглушенные голоса заставили их насторожиться.

Они остановили коней, спешились и бросились в чащу. В золотых лучах закатного солнца на поваленном дереве сидели рядышком Брайен и Лорен Брей и оживленно беседовали.

— Брайен! Вот ты где! — с облегчением воскликнул Мэтью, вместе с Салли продираясь сквозь кусты к этой неравной парочке.

— Да, я здесь, хотя намеревался быть гораздо дальше, — ответил мальчик.

— А вы как здесь очутились, Лорен? — удивленно воскликнул Салли.

— О себе я мог бы сказать то же самое, — ответил лавочник. — Я ведь, собственно, направлялся в Боливию. Но теперь, мне кажется, я передумал. Ты ведь тоже, Брайен, а? — спросил он.

Брайен кивнул.

— Я тоже больше не хочу в Боливию. Тем более что это бесполезно. К тому же я теперь все знаю.

— Что ты там такое знаешь? — подозрительно спросил Мютью.

— Все, что он должен знать, — ответил за него Лорен. — Мы тут с ним побеседовали как мужчина с мужчиной.

— И теперь я знаю, чем таким обладают женщины, без чего мужчины не могут обойтись. Почти ни одного дня, — подтвердил Брайен.

Глаза Мэтью удивленно расширились.

— Ты хочешь сказать, что мама…