– Вот так скала!
Он стал бить по скале камнем. Там было золото. Сигрид сказала:
– В другой раз не кричи так громко. Я подумала, ты нашел воду.
Торхалль отколол два больших куска золота и нес их с собой несколько дней. Сигрид и Катла смеялись над ним. Потом он сказал, что ему надоело слушать насмешки.)
– Вы, гренландцы, дикий народ. Что ж, я брошу золото, лишь бы замолчали эти две ведьмы. Впервые в жизни я разбогател, и что это мне принесло? Но запомните: теперь мы явимся нищими к тому великому народу, о котором твердит Эрлинг.
На восьмой день пути по горной стране у Хельги Подкидыша помутился разум. Он перестал видеть нас и разговаривал с духами. Катла сказала:
– Если завтра не пойдет дождь, мальчик умрет. Если дождя не будет еще три дня, мы все тоже умрем.
Мы сделали носилки, чтобы нести Хельги, и шли теперь совсем медленно.
Вскоре мы нашли покинутое селение. Все дома в нем были каменные. Они были вырублены в большой отвесной скале из мягкого камня. Там было несколько сотен покоев, соединенных лестницами и переходами. Еще там были большие чаши, также вырезанные в камне, искусно сделанные желоба и трубы для сбора дождевой воды. Из чаш вода по желобам и трубам стекала в огромный каменный котел, глубоко в толще скалы. Вода в котле была гнилая и мутная. В ней плавали белые слепые рыбы, похожие на червей.
Мы оставались в городе три дня и пили воду из подземного котла. К Хельги вернулся рассудок. Тогда мы пошли дальше на юг.
Ты говоришь: тольтекатль не убедил меня. У астеков будут и слава, и могущество. Я чувствую в себе силу. Наш народ готов к великим делам.
Ицкоатль, не тешь себя пустыми надеждами. Христиане, что живут по ту сторону Восточного моря, скоро придут сюда на больших кораблях. И вы будете бессильны остановить их.
Они придут, потому что у них уже есть корабли, чтобы долго плыть открытым морем. Им не сидится на месте. Они придут, как только узнают об этой земле. Вслед за первым придут тысячи.