Они захотят отнять у вас землю, потому что эта земля богата. Здесь слишком много золота.

Они уничтожат вас, потому что они сильнее. У них есть кони, железные мечи и тугие арбалеты. Обсидиановая булава не пробьет железный шлем, Ицкоатль. У них есть единство и общая цель. В Анауаке племена ненавидят друг друга. Ицкоатль, вам не спастись. Не нужно быть колдуном, чтобы предвидеть это. Ты говоришь: тольтекатль, если так, я не хочу быть конунгом. К чему труды и страдания, к чему тщетные усилия? Лучше прожить свою жизнь в покое и насладиться тем временем, что еще осталось.

О нет, Ицкоатль, ты рассуждаешь неверно. Вспомни, о чем я говорил тебе раньше. Любое усилие тщетно. Всякая цель – лжива. Труд для того, кто знает свою выгоду – не труд. Подвиг с расчетом на славу – не подвиг. Муж поистине достойный не должен уподобляться торговцу, что выменивает груз какао на груз маиса. Величайшая доблесть в том, чтобы знать о тщете своих деяний, но совершать их.

Ты спросишь: если все цели и помыслы тщетны, зачем мне тогда эта доблесть, о которой ты толкуешь? Неважно, буду я мужем достойным или недостойным – ведь и это тоже обман?

Ицкоатль, все цели, о которых я говорил: золото, слава, благополучие – ничтожны, потому что они меньше нас, они внутри нас, они – наше собственное порождение. Не так уж трудно научиться владеть ими. Так же внутри нас, и так же подвластны нам, и так же ничтожны: боль, страдание, радость и наслаждение. Ицкоатль, предоставь глупцам искать наслаждений и бежать от боли; предоставь другим глупцам искать боли, чтобы купить себе посмертное блаженство. Тот, кто постиг ничтожность боли и наслаждения, становится поистине всесилен.

Мы не станем поклоняться славе, богатству, боли или наслаждению, как не станем поклоняться собственным потрохам.

Ты скажешь: тольтекатль Эрлинг хочет поклоняться лишь самому себе, потому что все остальное, что обычно отдается богам, он объявляет своим порождением.