Встав из-за письменного стола, Артур Сукатниек потянулся. Он проработал четыре часа подряд, пока не закончил седьмой главы своего трактата. И теперь сам чувствовал, что она удалась ему еще лучше предыдущих. Аргументируя примерами из истории, социологии и психоанализа, Артур Сукатниек неопровержимо доказал примат нравственно устойчивой личности в развитии общественной морали. Заодно были опровергнуты все пессимистические ложные теории, которые отводили человеку лишь роль незначительной детали в огромном государственном механизме, расшатаны и основы этого механизма. Была найдена живая, сознательная движущая сила культурного прогресса.

Артур Сукатниек был еще молод. Однако не страдал свойственной его возрасту самоуверенностью. Он это прекрасно знал, и именно поэтому у него было так легко на сердце после сделанной работы. Он вовсе не воображал, что открыл какую-то неизвестную, доселе скрытую истину. Любая истина существовала как таковая спокон веку. Нужно было только выявить ее вовремя и соответствующим образом осветить. Река течет в долину не с горы. И тем не менее уровень ее истоков по сравнению с уровнем устья иногда равен высоте гор. Незаметные уклоны, мелкие пороги и являются причиной быстроты ее течения. Но разве думает об этом лодочник, спускаясь вниз по реке? Разве приходит это в голову мельнику, когда он утром, отворяя шлюзы, подсчитывает, сколько мешков муки запишет к вечеру в свою книгу?.. Человеческая деятельность необычайно дифференцировалась. Ныне умственный труд под силу только особо сконструированному и специально натренированному для этого мозгу. Приятно сознавать себя обладателем такого мозга…

Артур Сукатниек хотел было закурить, но постеснялся. Столь прозаическая процедура могла развеять приятное состояние интеллектуального созерцания. Он подошел к единственному окну, выходившему во двор. Все еще накрапывал осенний дождь. Водосточные трубы тихонечко звенели. Влажно поблескивали крыши. Небо казалось закоптелым. Замощенный булыжником двор…