Вам известно, что в 1700 году Людовик XIV, утративший всех своих великих сверстников и превращенный в карлика госпожой де Ментенон, в порыве безрассудной гордости послал царствовать в Испанию ребенка, герцога Анжуйского

Францию постигли несчастья, но ее король, до тех пор встречавший на своем пути только легкие успехи и дешево доставшуюся славу, проявил в злоключениях подлинное величие. Победа при Денене и пресловутый стакан воды, пролитый на платье герцогини де Мальборо

К этому времени Филипп V, по-прежнему царствовавший в Испании, потерял супругу-королеву. Это событие и монашеская добродетель Филиппа V почти лишили его рассудка. Находясь в таком состоянии, он сумел отыскать на чердаке в Парме, доставить в Испанию и сделать своей женой знаменитую Елизавету Фарнезе. Эта великая королева проявила гениальный ум среди придворной испанской чепухи, которая с тех пор так прославилась в Европе и под почтенным названием испанского этикета стала предметом подражания для всех европейских дворов.

Королева Елизавета Фарнезе посвятила пятнадцать лет своей жизни тому, чтобы не оставлять без присмотра дольше, чем на десять минут в день, своего безумца-мужа. Этот двор, столь жалкий при всем его кажущемся величии, нашел своего изобразителя, человека высокоодаренного, поражающего глубиной своей критики и вдохновляемого мрачным гением испанской души, герцога де Сен-Симона, единственного историка, которого произвел до сих пор французский гений. Он приводит любопытные подробности относительно всех усилий, направленных королевой Елизаветой Фарнезе на то, чтобы как-нибудь двинуть в бой испанскую армию и завоевать для одного из двух младших сыновей Филиппа V, рожденных ею, какое-либо княжество в Италии. Таким способом она могла бы избежать печальной жизни, ожидающей вдовствующую испанскую королеву, и найти прибежище после смерти Филиппа V.

Сыновья короля от его первой жены были круглыми дураками, как полагается быть законным принцам, воспитанным святой инквизицией. Если бы какой-нибудь фаворит забрал власть над тем из них, кто стал бы королем, он мог бы, чего доброго, внушить ему, что по политическим соображениям необходимо заключить в тюрьму королеву Фарнезе, суровое здравомыслие и кипучая деятельность которой возмущали испанскую лень.