Сеньора Дженкинс оборвала вдохновенный рассказ Исабели, чтобы дать ей совет — никогда не заказывать английский завтрак, потому что сухой овес и тощие селедки, которые островитяне сбывают «Родезии», годятся только как рвотное после ночных попоек.

— Нет, вы не представляете, сколько может выпить один человек, пока не увидите это своими глазами! А что вы пьете?

Исабель рассмеялась и сказала, что ведет очень скромную жизнь. И что уже скучает по этой жизни, хотя здесь все для нее в новинку, все необыкновенно… Что ни говори, а так славненько просыпаться в своей квартире — она живет вместе с тетей Аделаидой, — пройтись пешком до магазина и там вместе с Марилу, такой молоденькой, толковой, спокойно заниматься делами, потом обедать в «Санборне», это напротив, на той же улице… Тетя Аделаида ждала ее к семи, они вспоминали старые семейные истории, обсуждали все, что случалось за день, а в восемь у них был легкий ужин. По воскресеньем ходили к мессе, по четвергам исповедовались, по пятницам причащались А сразу за углом кинотеатр «Латино». И все так славненько!

Она попросила на завтрак апельсиновый сок, яйца всмятку и кофе… Мисс Дженкинс легонько толкнула Исабель ногой, обратив ее внимание на то, какие тут молодые и красивые официанты.

— Они все не старше двадцати пяти лет, и спрашивается, что это за страна, если молодые люди таскают подносы, вместо того чтобы учиться в университете. Нет, не случайно англичане потеряли все свои колонии!

Исабель была готова продолжить свои рассказ, но вместо этого поднесла к губам салфетку и смерила мисс Дженкинс холодным взглядом:

— Я не люблю разговоров о прислуге. Стоит проявить к ним внимание, как они сразу же забывают свое место!

Американка нахмурилась и поднялась со стула, сказав, что ей пора в путь.