Она была в отчаянии. Каково же было ее волнение, когда вечером, войдя в комнату отца, она увидела, что две аркебузы были заряжены и что чьи-то руки перебирали почти все кинжалы и шпаги, находившиеся там! Единственное, что ее немного отвлекло от смертельной тревоги, была необходимость держаться так, как будто она ничего не подозревает. Уйдя в десять часов к себе, она заперла на ключ дверь своей комнаты, сообщавшейся с передней ее матери, и затем легла на полу у окна так, чтобы ее нельзя было заметить снаружи. Представьте себе, с каким беспокойством прислушивалась она к бою часов; она позабыла об упреках, которыми осыпала себя за то, что так быстро привязалась к Джулио, ибо, по ее мнению, это должно было уронить ее в его глазах. Один этот день содействовал успеху Джулио больше, чем шесть месяцев постоянства и клятв. «К чему лгать? — говорила себе Елена. — Ведь я люблю его всей душой».

В половине двенадцатого она заметила, что отец и брат устроили засаду на каменном балконе под ее окном. Через две минуты после того, как в монастыре капуцинов пробило полночь, она отчетливо услышала шаги своего возлюбленного и заметила с радостью, что ни отец, ни брат ничего не слышали. Нужна была вся тревога любви, чтобы услышать такой легкий шум.

«Теперь, — говорила она себе, — они меня убьют; но необходимо во что бы то ни стало, чтобы они не перехватили сегодняшнего письма: они будут преследовать бедного Джулио всю жизнь». Она перекрестилась и, держась одной рукой за железный балкончик перед своим окном, высунулась, насколько было возможно, на улицу. Не прошло и четверти минуты, как букет, привязанный, как всегда, к длинной жерди, ударил ее по руке. Она схватила букет, но из-за стремительности, с какой она сорвала его, жердь ударилась о каменный балкон. Сразу же раздались два выстрела, после которых наступила глубокая тишина. Ее брат Фабио, не разобрав в темноте, что за предмет стукнулся о балкон, решил, что это веревка, по которой Джулио спускался из комнаты сестры, и выстрелил в направлении балкона; на следующий день она заметила следы пули, которая расплющилась, ударившись о железо.