В это мгновение он услышал залп из аркебуз в коридоре: это монастырские bravi напали на его солдат.

— Скажи мне, где ключ от калитки? — спросил он у Мариэтты.

— Его здесь нет, но вот ключи от замков на воротах, вы сможете выйти.

Джулио схватил ключи и выбежал из каморки.

— Не ломайте стену, — сказал он своим солдатам, — у меня есть ключ от ворот.

Наступило молчание, во время которого он пытался открыть замок. Сначала он взял не тот ключ, попробовал другой, и наконец ему удалось открыть дверь, но в тот момент, когда он поднимал железный болт, кто-то выстрелил почти в упор в его правую руку. Он сразу почувствовал, что рука отказалась ему служить,

— Подымите железный болт! — крикнул он своим людям.

Он мог бы этого не говорить. При вспышке пистолетного выстрела они увидели, что загнутый конец железного болта наполовину вышел из гнезда. Тотчас же три или четыре мускулистые руки подняли болт, вытащили его конец из кольца и опустили вниз. Половина ворот открылась; капрал прошел внутрь и тихо сказал Джулио:

— Делать тут больше нечего, из наших осталось невредимыми только трое или четверо; пять человек убито.

— Я потерял много крови и, кажется, сейчас лишусь сознания; велите унести меня.

Не успел Джулио сказать это, как монастырские солдаты дали по ним еще три-четыре выстрела, и храбрый капрал упал мертвым. К счастью, Угоне слышал приказание Джулио и позвал двух солдат, которые подняли капитана. Находясь еще в сознании, он велел им отнести себя к калитке в глубине сада. У солдат вырвалось проклятие, но все же они повиновались.

— Сто цехинов тому, кто откроет эту калитку! — крикнул Джулио.

Но калитка не поддавалась, несмотря на яростные усилия трех дюжих солдат. Один из двух старых садовников, стоявший у окна второго этажа, непрерывно стрелял в них из пистолета, но этим только освещал им путь.