Единственным достоянием молодого Джулио Бранчифорте были его живая, открытая натура и неподдельная беспечность, с которой он переносил свою бедность. Его выразительное, хотя и некрасивое лицо тоже говорило в его пользу. Ходили слухи, что он храбро сражался под знаменами князя Колонны в рядах его bravi и принимал участие в двух или трех весьма опасных набегах. Не отличаясь ни богатством, ни красотой, он все же, по мнению молодых девушек Альбано, обладал сердцем, которое каждой из них было бы лестно завоевать. Встречая всюду хороший прием, Джулио Бранчифорте до момента возвращения Елены из Кастро довольствовался легкими победами.
Когда, несколько времени спустя, из Рима во дворец Кампиреали приехал великий поэт Чеккино, чтобы обучить молодую девушку изящной литературе, Джулио, который был с ним знаком, обратился к нему со стихотворным посланием на латинском языке, где говорилось о счастье, озарившем старость поэта, — видеть устремленные на него прекрасные глаза Елены и читать в ее чистой душе непритворную радость, когда ее мысли, рожденные поэзией, находили с его стороны одобрение. Ревность и досада молодых девушек, которым Джулио Бранчифорте до приезда Елены уделял внимание, сделали совершенно бесполезными все предосторожности, которые он принимал, чтобы скрыть зарождавшуюся страсть. Надо признать, что эта любовь между двадцатидвухлетним молодым человеком и семнадцатилетней девушкой приняла характер, не отвечающий требованиям осторожности. Не прошло и трех месяцев, как синьор Кампиреали заметил, что Джулио Бранчифорте слишком часто проходит под окнами его палаццо (это палаццо еще и сейчас можно видеть на середине улицы, ведущей к озеру).