От этих грустных мыслей я даже играть не стал. Сидел себе за шкафом на кровати и думал о том, как было бы хорошо, если бы от мамы наш отец не ушел. А ушел он так давно, что я даже не помню, как мы вместе с ним жили. Сколько себя помню, так мы только втроем и живем: мама, Димка и я.

Иногда я к Диме пристаю и прошу его рассказать что-нибудь про папу. Он ведь с ним дольше жил, потому что старше был и уже все понимал. Но Дима такие расспросы не любит. Отмахивается:

– Ничего не помню, только ссорились они да ругались. Вот и все дела.

– Неужели ничего хорошего не было? – удивляюсь я каждый раз.

– Да нет, наверно что-то хорошее и было. Только я не помню.

Эх, а я бы помнил. Только я тогда совсем маленький был, еще грудной, когда мы остались одни. Хотя как-то еще в первом классе, когда мы куда-то ехали в троллейбусе, меня вдруг Димка как толкнул локтем в бок и зашептал:

– Смотри, Леха, это он!

– Кто?

– Наш отец!

– Где?

– Вон дорогу переходит в синей куртке.

И я его увидел. Только очень недолго. Я даже лица не успел разглядеть и запомнить. Все на ходу было.

– А ты не ошибся? – приставал я к Диме потом.

– Нет, точно. Он.

Надо же! Это он с нами в одном городе живет, по тем же улицам и дорогам ходит, а мы его даже не знаем. Не приходит он к нам, и мы к нему не ходим. Ерунда какая-то! А ведь другие дети, я знаю, тоже без отцов живут, но общаются. Или вон Ванька, тоже без отца рос, как и мы. Все время нам говорил, что нет у него отца. Ну, нет, и нет. Нам такое знакомо. А потом он вдруг появился. Тут даже целая история была.