– Куда прячетесь? Быстро подойдите ко мне!

Мы подошли к маме, встали перед ней и опустили головы. На всякий случай, я взял Диму за руку. «Вот теперь, – подумал я, – она нас действительно выпорет».

Но Димка был прав. Мама нас бить не собиралась. У нее и в мыслях этого не было. Но уж как она на нас заругалась! Даже нехорошими словами нас обозвала. Это за то, что мы одни в город ушли. А мы стояли и молчали, как партизаны на допросе. А чего говорить? Нас ведь ни о чем и не спрашивают.

Наконец у мамы весь запас злости закончился.

– Что вам там было нужно? И каким образом вы вдруг оказались на улице Гагарина? – воскликнула она напоследок и вдруг о чем-то задумалась и замолчала. Потом устало села на диван.

– Я ничего не понимаю, – всхлипнула она, – вам что, плохо со мной?

Мы бросились к ней, сели с разных сторон и крепко ее обняли:

– Нет, нам с тобой хорошо, – сказал я. – Очень хорошо. Мы тебя любим.

– Зачем же вы тогда пошли к нему?

– К кому? – спросил я и тут же понял, что сморозил глупость.

– К отцу, – сказала мама. – Зачем он вам вдруг понадобился? Он о вас и не вспоминает, а вы что готовы перед ним унижаться и выпрашивать минуточку внимания?

– Никто унижаться перед ним не собирается, – сказал Дима. – Мы просто хотели с ним поговорить.

У мамы глаза округлились. Она уставилась на Диму, как будто увидала его впервые в жизни.

– Это что еще такое? Объясни!

– Чего объяснять, нечего тут объяснять. Почему только ты одна должна о нас заботиться? А он что же не при чем? Бросил двух детей и живет себе? А ты одна за всех отдувайся? Работай с утра до ночи и тяни эту лямку? Так нечестно!

Мама вдруг выпрямилась, и лицо у нее стало строгое и сердитое:

– Я не поняла. Дима, ты, что у отца денег собрался просить?