– Почему денег? – удивился Дима. – Разве забота это только деньги?

– А чего ты хочешь?

– Чтобы он к нам с Лешей приходил хотя бы иногда и играл с нами. Правда, Леха?

Я кивнул.

Мама почему-то горько усмехнулась.

– Если он наш отец, то должен о нас заботиться, – продолжал Дима. – Ми имеем на это право. Так в конвенции о правах ребенка написано.

– Опять эти права человека! – воскликнула мама. – Дима, ты на них помешался?

– Почему помешался? Я просто о них узнал вот и все. А вам наверно очень удобно, когда мы ничего не знаем. Да?

– Кто это мы? И кто это вы? – спросила мама.

– Вы это взрослые, – спокойно объяснил Дима, – а мы это дети.

Мама неожиданно обняла Диму и прижала его к себе.

– Господи, Дима, ты у меня уже оказывается, совсем большой.

Мне не понравилось, что мама обнимает только одного Диму, и я тут же протиснулся под ее руку тоже, чтобы она и меня обнимала. И получилось, что она обнимает нас обоих.

– Бедные вы мои сыночки, – сказала тогда мама, по очереди нас целуя. – Захотели к папочке. Только папочке до вас и дела нет. Он о вас даже не думает. И не вспоминает. Ему и так хорошо. Никто ему не нужен.

– А вот нам он нужен, – воскликнул Дима. – Пусть он о нас не вспоминает.

– Неправда, – сказал я, – так не бывает. Наверно он про нас иногда вспоминает.

– Если бы, – вздохнула мама и немного помолчав, продолжила: – Я встретила его позавчера на улице. Он шел со своим другом. Был очень весел, но когда увидел меня, то сразу стал кислым. Обычно мы делаем вид, что не знаем друг друга и расходимся, как ни в чем, ни бывало. Но в этот раз я к нему подошла и заговорила с ним. Спросила, как у него дела, как жизнь. В общем, как обычно при случайной встрече. Игорь тоже меня спрашивал. Как работа, как дела. Но он ни разу не спросил про вас. Не задал ни одного вопроса. Даже не поинтересовался. Хотя бы из вежливости. Как будто вас просто нет на свете. Мне даже показалось, что он и в самом деле о вас не помнит. То есть не делает, вид, что не помнит, а в самом деле считает, что у него нет никаких детей.