— Нет, нет! — отчаянно выкрикнул Лжец.

Восклицания толпы, как и лицо бегущего, выражали отчаяние.

— Наш Патриарх! — кричала толпа. — Патриарх!

Даже солдаты не могли оставаться спокойными. В общем порыве помочь — ломали линию, поворачивались к бегущему. Принц вдруг увидел, как знакомая фигура с палкой протиснулась между солдатами к самой тропе. Слепец стоял, подняв лицо вверх и выставив вперед палку. Тяжело топоча, Бог бежал по проходу, и толпа сразу смыкалась за ним. Слепец, надрываясь, выкрикивал что-то, но голос полностью заглушался. Следы, которые Бог оставлял на песке, были неровными, ломаными. Его колени подкашивались, рот приоткрылся сильнее, чем прежде, глаза не видели ничего: он падал. Зацепившись за палку Слепца, он сразу же уронил без сил руки; ноги совсем отказались служить. Таращась невидящими глазами, он рухнул на палку, перевернулся через себя и затих. Белый матерчатый головной убор откатился в сторону.

И вот тут, в сразу же наступившей тишине, стал слышен наконец голос Слепца:

— Принц слепнет, Бог! Твой сын слепнет!

В полном отчаянии Принц потянулся вверх к Прелестной-Как-Цветок, которая стояла, по-прежнему улыбаясь. Дернув ее за одежду, он выкрикнул свой урок:

— Он лжет!

— Принц слепнет!

Прелестная-Как-Цветок заговорила отчетливо и спокойно:

— Конечно, он лжет, дорогое дитя. Стражи! Бросьте его немедленно в яму!

Солдаты расталкивали и оттесняли людей, освобождая пространство вокруг упавшего Бога и низко склонившегося над ним Лжеца. Толпа, закручиваясь воронкой, бурлила возле Слепца, ставшего для нее предметом, орущей куклой. Прелестная-Как-Цветок снова заговорила отчетливо слышимым голосом:

— Из-за его палки Бог споткнулся.

Получившие приказание стражи пробились к Слепцу. Разбросав свившийся возле него на земле клубок тел, они подняли Слепца на ноги и повели, конвоируя справа и слева. Прелестная-Как-Цветок сжала запястье Принца и, незаметно тряхнув его, проговорила, не поворачиваясь и почти не нагибаясь: