- Ну и работничка вы заполучили, Володя, - огорчённо вздыхали цирковые артисты. - Вряд ли с этим дьяволом можно справиться.

Володя помалкивал. Каждое утро он являлся в цирк раньше всех. И сразу же шёл к самой дальней клетке - к Дьяволу.

- Доброе утро, - говорил Володя, внимательно разглядывая льва. - Доброе утро, Дьявол. Ну как, ты меня узнаёшь?

Глаза льва загорались недобрым огнём. А Володя, как ни в чём не бывало, усаживался на чурбачок неподалёку от клетки и начинал долгий и спокойный разговор со львом. Он не называл Дьявола ласковыми именами, но и не кричал на него. Он говорил. А лев слушал. И постепенно смолкало грозное рычание, хвост переставал хлопать по бокам, угасал злобный блеск в глазах. Спокойный и уверенный голос человека уже не раздражал его.

Володя сам кормил Дьявола. Сам убирал его клетку. И вот настал день, когда в ответ на Володино приветствие лев не зарычал, не сжался в комок, готовясь к прыжку, а просто повернул свою тяжёлую голову и внимательно глянул на хозяина.

- Перемирие заключено, - спокойно сказал Володя. Ему очень хотелось запеть или кувыркнуться через голову - от радости!

ВЫХОД НА МАНЕЖ

Ах, какой простор открылся Дьяволу! С того времени, как его, ещё маленького львёнка, унесли за безобразное поведение с площадки молодняка, не видел Дьявол такого простора. Он даже растерялся. Жёлтые опилки манежа так и манили его. Решётчатые стенки, окружавшие манеж, казалось, были далеко-далеко. А рядом стояла тумба. Не очень высокая. На ней лежал, издавая аппетитный запах, кусочек мяса.

- Але, Дьявол! Але!

Ага, это голос хозяина! Знакомый голос. И слово знакомое - але! Хозяин каждый раз произносит это слово, когда к клетке Дьявола подкатывают другую - на колесиках. В ней всегда лежит кусочек мяса. Стоит перейти из клетки в клетку - и мясо твоё. А хозяин ласково говорит: