Помолчав с минуту, доктор продолжал свой рассказ.

— Я принимал пациентов у себя на дому, и вот однажды ко мне явился высокий молодой человек и сказал:

— Доктор! Я пришел спросить вас о здоровье графини Марии Барановой. С ней самой я не знаком, но я друг ее мужа.

Я ответил:

— Она безнадежна. В Россию она уже не вернется.

Молодой человек зарыдал, поднялся и, шатаясь, как пьяный, вышел.

В тот же вечер я сказал графине, что какой-то иностранец приходил ко мне и спрашивал, как ее здоровье. По-видимому, это взволновало ее, и тут-то я и услышал от нее историю, которую только что рассказал вам.

— Этот человек, — закончила она свою повесть, — с которым я так и не познакомилась, ходит теперь за мной, как тень; я встречаю его всякий раз, когда выхожу из дому; он очень странно смотрит на меня, но ни разу со мной не заговорил.

Графиня задумалась.

— Знаете, — прибавила она, — я готова биться об заклад, что он и сейчас стоит у меня под окнами.

Она поднялась с кушетки, отвернула занавеску, и я действительно увидал того человека, который заходил ко мне: он сидел на скамейке в сквере и глядел на окна гостиницы. Заметив нас, он встал и ушел, ни разу не обернувшись.

Итак, на моих глазах происходило нечто поразительное и трагичное: я наблюдал безмолвную любовь мужчины и женщины, которые даже не были знакомы друг с другом.

Он любил ее, как любит человека спасенное им животное, которое сохраняет благодарность и преданность на всю жизнь. Понимая, что я обо всем догадался, он приходил ко мне каждый день и спрашивал: «Как она себя чувствует?». И горько плакал, видя, что она слабеет и бледнеет с каждым днем.

— Я разговаривала с этим странным человеком раз в жизни, а мне кажется, что я знаю его двадцать лет, — сказала она мне.

При встречах с ним она отвечала на его поклон печальной и ласковой улыбкой.