— Я мог бы проделать это сто раз, и сто раз здесь оказывался бы совсем другой человек!
— А есть этому какое-нибудь научное объяснение? — спросил комиссар с парящего в воздухе балкона.
— Есть поэтическое объяснение, оно гораздо выше. Предположим, уважаемые дамы и господа, что этот человек жил в грезах некоей женщины и сам в это время грезил. Женщина эта не знает, что он умер, и спрашивает себя, где же он бродит. То, что вы здесь видите, — ответ на вопрос любящей женщины и на грезы самого этого человека.
— Чего доброго, в какой-то раз он окажется живым! — предположил светловолосый стражник, поднимавший повыше Куклу, держа ее за талию, чтоб ей лучше было видно.
Человек в черном плаще откинул простыню в последний раз — на носилках лежал пожелтевший скелет.
Мария махала платком, отгоняя золотистых бабочек, вылетавших из пустых глазниц черепа.
— Паулос!
— Если бы этот человек смог хоть на мгновение собрать воедино все свои грезы, он бы воскрес. В этом, возможно, великий секрет грядущей вечной жизни.
Сказав эти слова, человек в черном плаще пошел по ступеням лестницы к морю. В городе все возвращалось на свои места, словно кто-то менял декорации на сцене театра. По улицам туда и сюда шли люди, каждый спешил по своим делам. Начал накрапывать дождь. Капли падали на труп неизвестного, оставленный на носилках посреди двора, где он дожидался судебного врача, который должен был произвести вскрытие.
II
Человек в зеленой шляпе сел за столик у входа и заказал кувшин вина. Сделал несколько долгих глотков и посчитал, что вино холодное. Поставил кувшин на лавку меж колен, куда падали лучи вечернего солнца. Откинулся на дубовую спинку старой скамьи, закрыл глаза и, опершись локтями на колени, задремал. Должно быть, снилось ему что-то хорошее, потому что он улыбался. Раза два качнулся назад, во второй раз голова его, не найдя опоры, резко откинулась, и он проснулся. Посмотрел на хозяйку таверны, подошедшую к двери, и снова отхлебнул вина. Хозяйка уставилась на его зеленую остроконечную шляпу с загнутыми полями, отороченными золотой канителью. К шляпе серебряной булавкой были приколоты небольшие перья, синие и красные, веером расходившиеся с правой стороны. Хозяйка обратилась к незнакомцу: