— Ребят нашли? — спросил он.

Голос у него был невыразительный, тусклый, а лицо скрыто тонкими завитками дыма. Сигарету он держал в руке.

— Они где-то там, разбежались, — сказал Мартин. — Мне утром говорил сержант с батареи, что за ними должен прийти грузовик. Как видно, не пришел.

Солнце слепило ему глаза, он моргал. Сержант подошел к Мартину и равнодушно стал его обыскивать.

— Ничего нет, — сказал Мартин.

Он стоял тихо, не сводя глаз с сержанта.

— Так. Опусти руки.

Заученно-спокойным жестом Мартин сунул руки в карманы. Все собрались вокруг него, кроме шофера, который все еще сидел за рулем.

— Мои товарищи ушли в восемь, — объяснил Элосеги. — Мы не спали всю ночь. Сержант хотел нас всех увести, но я ушел от них еще на рассвете. Спрятался в лесу…

— Сколько вас было? — спросил сержант.

— Семеро. С сержантом — восемь человек. Все с одной батареи.

— А другие где? Ушли?

— Вероятно. А может, тоже спрятались. Тогда они недалеко.

Сержант нервно теребил кончики усов.

— За мальчишками ты смотрел?

Мартин ответил не сразу. Многие ребята были из Ируна, Фуэнтеррабии и Сан-Себастьяна. У сержанта баскский акцент — может, у него тут дети.

— Нет, — сказал он наконец. — Меня сюда направили года полтора назад учить новобранцев. Из долины я не уезжал.

— Кто смотрел за ребятами?

— Красный Крест назначил сюда учителя, — ответил Мартин. — Черт его знает, куда он делся.

— Говоришь, они разбежались?

— Да, сержант. Я их недавно видел. Они там бегали.

— Куда они пошли?

Мартин взглянул на флюгер, венчавший фронтон интерната.

— На север.