Так вот, выскочил он из машины и хватает Сондегарда прямо за рубашку. – Ты что это, Пит, рехнулся, что ли?

Сондегард сплюнул табачную жвачку и говорит: – Мы, Джулиус, честные граждане Блэк-Рока, большевиков мы здесь больше не потерпим. Мы все входим в комитет по охране общественного спокойствия и нарушать законы не позволим. – Как тебе это нравится? – Некоторые из ваших фермеров, говорит, слоняются без дела, налогов не платят и долгов не отдают, да еще суются куда не следует, когда шериф исполняет свой долг. Нам ваш союз не нравится, мы его больше не потерпим.

– Вот оно что? – говорит Джулиус. – Ты, видно, закладными очень интересуешься, Пит. Поэтому тебе наш союз и не по нутру.

Тогда Сондегард толкнул Джулиуса и заорал на него во всю глотку: – Я с тобой, красная сволочь, спорить не буду! – кричит. – Мы вас заставим уважать закон.

– Как же это ты нас заставишь, Пит? – спрашивает Джулиус.

А тот говорит: – Вот как, – и дает два тумака Джулиусу. (Потом уж выяснилось, что он сломал ему шесть ребер.) А в придачу еще кулаком по шее. Джулиус так и рухнул наземь. Я думал – не выдержу. Вот взял бы и уложил на месте эту сволочь.

Джулиус – здоровый детина, а Сондегард еще здоровее. Фунтов двести шестьдесят весит – не меньше. Как дерево в три обхвата. Помню, раз он поспорил с Нильсоном, что с одного удара оглушит телку. И оглушил! Ударил ее в лоб. У телки ноги подогнулись, и конец – будто ее молотом стукнули.

Мы увидели, как он с Джулиусом обошелся, хотели было выскочить из машины, но тут кто-то выстрелил, а остальные двустволками в нас так и тычут. Ну, мы, конечно, дальше не полезли.